Моё Сердце Помнит
Свами Криянанду
(отрывки из книги)
Нараяни Аная

перевела Наташа П.

…В августе 2002г. я вместе с отцом впервые приехала из Испании в Ананду Ассизи (Италия – прим. пер.). В этой общине живут люди со всех концов света. Основные языки в общине - итальянский, английский и немецкий, ни на одном из которых мы не говорили. Тем не менее, так же как ранее с Вайрагьей, мы всё же как-то умудрились общаться с людьми.
Главное здание в общине называется Иль Рефуджо -
Il Rifugio ( итал. прибежище, приют). В нём располагаются служба по приёму гостей, общая столовая и кухня. Повара в кухне, перед тем как готовить пищу, молились, прося стать каналами Божественной любви и радости, чтобы все остальные чувствовали эти вибрации во время еды. Все блюда были вегетарианскими и очень вкусными!
Для меня это было невероятным откровением! И я тоже захотела стать каналом Бога.

Без заголовка
Каждое утро и каждый вечер все медитировали и занимались йогой в Храме Света, красивой купольной конструкции с тёмно-синей черепичной крышей. Это путешествие открыло мой ум к новому образу жизни. До своего приезда в Ананду Ассизи я даже и не задумывалась о том, что в моей жизни совсем нет радости, и о том, как сильно я её жажду.
Я увидела, что мой обычный образ жизни был совершенно сухим и бессмысленным по сравнению с тем, как жили люди в Ананде. Это был рай на земле. Я нашла свой дом.
В день нашего приезда в Храме Света должен был состояться концерт. Мне было чрезвычайно интересно, что же это будет за концерт. Всё, что я о нём знала, это то, что музыка написана Свами Крияняндой.
Я не музыкант, но мои родители любили музыку, и в доме всегда что-нибудь звучало – фламенко, Битлз, Бетховен. Сама же я в основном любила испанских певцов или что-то, подо что можно было потанцевать на дискотеке.
После обеда мы отправились в Храм, который был весь заставлен стульями. Наносились последние штрихи в украшении алтаря. Большая часть певцов стояла отдельной группой в сторонке, разговаривая между собой, распеваясь, перебрасываясь шутками и весело смеясь. Атмосфера в зале была спокойной и приятной.
Женщины были очень скромно одеты в длинные, ниспадающие до пола юбки красивых расцветок. Я увидела инструменты – скрипку, фортепиано, виолончель и гитару – и это навело меня на мысль о том, что будет исполняться классическая музыка.
Вскоре вышел дирижёр и пригласил хор пройти к свободному от стульев пространству перед алтарём. Певцы грациозно, без лишней суеты заняли свои места. Я увидела среди них Вайрагьи и некоторых других членов общины, которых раньше видела в кухне, готовящими еду. Сейчас они стояли на сцене в первых рядах. Среди певцов были также и Ананд с Киртани, руководители общины, выглядевшие вполне счастливыми оттого, что являются ещё двумя членами хора. Казалось, не было никакой разницы кто есть кто, или какую позицию он занимает. Певцы были единой сплочённой группой.

Без заголовка1

Затем они начали петь. И голоса их звучали так божественно, будто на землю низошёл сонм ангелов. Абсолютная гармония. Мой ум, обычно беспокойный, стал вдруг тихим и спокойным. Я была полностью в настоящем моменте, здесь и сейчас. Моё сознание вознеслось в состояние совершенной любви, которой я никогда раньше не испытывала, любви, о существовании которой я даже не подозревала. С потоком слёз, хлынувших из глаз, шлюзы моего сердца открылись.
Часом позже, когда концерт закончился, ко мне подошла Вайрагьи и обняла меня. «Я плачу не потому, что мне грустно, - сказала я ей. – Наоборот… я чувствую так много радости! Всё это так ново для меня».
Эта музыка вернула мне что-то, что я потеряла давным-давно. Так давно, что почти забыла об этом. Но моё сердце помнило и возрадовалось тому, что снова обрело.
Меня часто спрашивают: «Когда вы впервые встретились со Свами Криянандой?» До написания этой книги я бы начала рассказывать о своей первой
физической встрече с ним. Но сейчас я понимаю, что моей первой встречей был этот концерт.
Свами часто говорил: «Если вы хотите узнать меня, послушайте мою музыку».

Стр.24-29
Продолжение

Мой Король

Мой второй визит в Ананду Ассизи состоялся в марте 2003г. Группа из Испании решила поехать на особый уикенд, посвящённый Парамхансе Йогананде, на котором должен был присутствовать Свами Криянанда.
Встреча проводилась в одном чудесном отеле города Ассизи. Лекционный зал вмещал около 300 человек. Наша группа, состоящая из десяти человек, пристроилась в задних рядах. Я почти ничего оттуда не видела, но это не имело для меня никакого значения. Ведь мне и так повезло - я попала на первое в своей жизни выступление Свами Криянанды, прямого ученика Йогананды.
На это мероприятие съехались люди со всего мира. Свами читал свою лекцию на итальянском, а всем, кому было необходимо, предоставлялись наушники с синхронным переводом. Там где мы сидели, в самой задней части зала, переводчики нашёптывали в микрофоны лекцию на немецком, английском, испанском, русском, и кто знает, на скольких ещё языках!
После того как Свами начал говорить, внешний мир постепенно начал куда-то отдаляться от меня. Люди в зале, нашёптывающие переводчики, испанская речь, звучащая в моих наушниках – всё исчезло. Остались только я и
его голос. Не то, что он говорил, поскольку большую часть из этого я не понимала, но то, куда этот голос меня уносил.
Всё было как на том концерте, но только в этот раз я не была ограничена своим внутренним миром. Моё сознание расширилось, чтобы объять собой всех и вся вокруг.
На меня снизошло чувство покоя, такого глубокого, какого я не испытывала никогда прежде.
К тому времени как Свами закончил свою лекцию, я была подобна скале, абсолютно неподвижная на своём стуле. Даже когда вокруг меня все начали двигаться и разговаривать, я оставалась неподвижной и безмолвной, надеясь никак не потревожить и не потерять обволакивающий меня покой.
Через несколько минут к нам кто-то подошёл и сказал: «Вашу группу приглашают на обед со Свами Криянандой».
На обеде присутствовали и другие приехавшие на встречу гости, а также члены общины. Это был фуршет; каждый обслуживал себя сам. Я направлялась к столу с едой, когда вдруг обнаружила себя перед Свами. Это было так неожиданно, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что это был
он!
Он улыбнулся мне сияющими глазами. Я ответила ему робкой улыбкой. Не было произнесено ни единого слова, но в тот момент всё изменилось, и в голове у меня пронеслась мысль: «Я стою перед королём;
моим королём!» Даже его одежда перед моим мысленным взором превратилась в королевскую мантию и корону. Благородный правитель – не только людей и земель, но и самого себя. Хозяин своего внутреннего царства.
День лекции приходился на мой 24-й день рождения. Когда кто-то принёс за наш стол торт, я подумала: «Не будет ли с моей стороны слишком самонадеянным подойти к столу Свами и предложить ему кусочек?» Самонадеянно или нет, но я выбрала самый красивый цветок из сахарной глазури, положила его на кусочек торта и отнесла ему.
«Свами, сегодня мой день рожденья. Я хотела бы поделиться с вами этим кусочком торта».
«Спасибо, - сказал он, благосклонно принимая его. – К сожалению, мне нельзя есть сахар, и я поделюсь этим кусочком с моими друзьями. А затем добавил: «Но этот цветок я оставлю себе».
Меня сопровождал один из испанских учеников, снимающий всё на видеокамеру, чтобы сделать фильм об этой поездке для наших друзей в Испании. Я попросила Свамиджи сказать несколько слов в камеру для тех, кто не смог приехать.
Он сказал на испанском: «Мой испанский не очень хороший, но я надеюсь в скором времени побывать в Испании. Посылаю всем вам свою любовь».
Затем он повернулся ко мне, положил свою руку мне на голову и пожелал счастья.
Тогда я не поняла значения этого прикосновения. Но теперь я знаю, что таким образом учитель благословляет своего ученика и передаёт ему энергию. Благословение Свамиджи было его подарком мне на день рождения.
стр.30-34
Продолжение

НОВОЕ ЗАВТРА


После встречи со Свами Криянандой и получения его благословения в мой день рожденья моё желание расти духовно стало насущной необходимостью.
Мне нравилось быть парикмахером, но я сменила работу и стала работать в магазине одежды. Там я получала такую же зарплату за меньшее количество часов, что оставляло мне больше времени на духовную жизнь.
Я хотела узнать о Свами всё. Я читала все книги, какие только могла найти, хотя лишь некоторые из них были на испанском, поэтому мне приходилось пользоваться словарём. Всё, что я теперь слушала, была исключительно музыка Свами. Он записал песни на английском, итальянском, бенгальском и санскрите. У него были также и инструментальные композиции. Я слушала всё, что только попадалось мне в руки!
Я смотрела все видео, какие только могла найти, и проводила часы, слушая аудиозаписи его выступлений. Большая их часть была на английском, некоторые на испанском. Я не очень много понимала, но это не было для меня препятствием. На самом деле, больше всего мне нравились звук и вибрация, стоящие за его словами. Языковой барьер, вместо того чтобы быть мне врагом, стал моим союзником в желании лучше узнать Свами.
День за днём его вибрация трансформировала меня. Я была связана со Свами на уровне, совершенно новом для меня, на котором ни с кем до этого не была связана. Я слушала Свами большую часть бодрствующего времени. Его голос звучал во всём моём существе, принося покой моей душе. Я никогда не была одна, потому что он был моим постоянным спутником.
После месяцев слушания его речей на итальянском (который, по крайней мере, был ближе к испанскому, нежели английский) я однажды, неожиданно для себя, вдруг начала понимать то, что он говорит! Не всё, но большую часть. Теперь я могла связать его вибрацию с теми историями и концепциями, которыми он делился. Это был огромный прорыв.
Я начала медитировать на Свами, визуализируя его, молясь за него и постоянно думая о нём в течение дня. Я следила за всеми новостями о том, где он был и что он делал в Индии, в Италии и в Америке.
Это не только помогало мне чувствовать себя ближе к Свамиджи, но и усиливало моё стремление чувствовать присутствие Бога внутри. Я часто молилась в это время: «Господи, помоги мне расти духовно так быстро, как только возможно. Я хочу сжечь как можно больше кармы. Научи меня подносить себя Тебе».
Спустя несколько месяцев после того, как я стала так молиться, у меня начались невыносимые головные боли. Общее состояние моего здоровья ухудшилось. За короткое время я сильно потеряла в весе. И мы с моим отцом отправились к врачу. Через два дня интенсивных обследований мы получили шокирующие результаты – рак щитовидной железы! Врач сказал, что рак распространяется очень быстро, и он должен меня немедленно прооперировать, чтобы спасти мои голосовые связки.
Эта новость потрясла нас подобно землетрясению! Я дрожала всем телом.
Стр. 37 -39
Продолжение
Я не могла понять, почему со мной это происходит. Мне было всего 24. Мысль о том, что я могу умереть в таком юном возрасте, наполняла меня страхом. Момент был самым неподходящим! Я наконец-то нашла в жизни смысл и направление и только что вступила на духовный путь. Но что самое главное, я нашла своего Гуру. Казалось, всё идёт, так как надо. Но теперь мой мир разваливался на части. Почему я? Почему сейчас? Должна признаться, моя вера пошатнулась.
Затем я увидела лицо отца. И я поняла, что должна держаться изо всех сил не только ради себя, но и ради него, а также ради своей семьи. Я осознала, что тем самым я должна была пройти некое испытание, и то, что это происходило сейчас, означало, что я была к нему готова.
Мы с отцом обнялись и, с текущими по щекам слезами, уверили друг друга: «Всё будет хорошо».
Я почувствовала благословение оттого, что рядом со мной был не только отец, но и товарищ по духу.
Спустя неделю я увидела связь между своей страстной мольбой сжечь как можно больше кармы, и известием о том, что у меня рак. Это открытие полностью изменило мою точку зрения на происходящее. То, что мне сейчас было более всего необходимо, это расслабиться, довериться Богу и принять Его волю, в чём бы она ни заключалась.
Моей мантрой стало: Господи, да свершится воля Твоя.
Я написала Вайрагье о раке. Она сразу же ответила: «Вы должны написать Свамижди и попросить его молиться за вас».
«Я не хочу рассказывать ему об этом. Это только добавит ему ненужного беспокойства», - сказала я. Но она так настаивала, и я решила, что ему, скорее всего, не повредит, если он будет молиться за меня.
Я написала Свамиджи. Его личный секретарь, Лакшман, ответил мне и попросил прислать мою фотографию, чтобы Свамиджи мог лучше визуализировать меня, когда молится. Чуть позже в этот же день я получила имейл непосредственно от Свамиджи, в котором он писал, что обязательно будет за меня молиться. Своё письмо он заканчивал словами: «Я знаю, что Бог и Гуру с вами. Они дадут вам силы».
Я положила это письмо на алтарь, возле которого медитировала, чтобы оно напоминало мне, что мой Гуру всегда рядом со мной. Слова Свами стали защитным силовым полем вокруг меня, придающим мне внутренние силы, которые он обещал. Теперь я готова была к операции не как жертва, а как воин.
Операция прошла успешно. Спустя неделю, проведённую в больнице, я начала поправляться. Я снова стала есть и разговаривать безо всяких проблем. Более трудная часть лечения ждала меня впереди – многие месяцы химиотерапии и лучевой терапии. Я знала, что так сжигается моя карма и что это всего лишь вопрос времени. Но от этого легче не становилось.
Как много раз отцу приходилось по ночам срочно везти меня в больницу, чтобы убедиться, что боль, которую я испытываю, была просто частью процесса лечения, и ничего нового не произошло. Это была нескончаемая проверка на покорность Божьей воле, терпение и физическую выносливость.
Раз в неделю я писала Свами, чтобы держать его в курсе моих дел. В одном из своих ответных имейлов он написал мне: «Слушайте мою музыку. Она поможет вашему исцелению».
Я и до этого иногда слушала её, но теперь стала засыпать с его музыкой и просыпаться с ней. Я слушала её снова и снова… целыми днями.
Свами часто повторял: «Вся музыка, которую я написал, была мне дана. Это не моя музыка; она пришла от Бога».
Но то, что я настраивалась на его музыку, позволяло мне быть со Свами на том же уровне сознания, на котором эта музыка к нему приходила. Я знаю, почему я так быстро поправилась – благодаря исцеляющей силе музыки Свами. Как он и говорил.
Я вспоминаю этот период как один из самых благословенных в моей жизни. Моя вера подверглась проверке, и я вышла из неё с ещё большей верой. Полностью вверить свою жизнь Господу стало единственной целью моего существования. Теперь, когда Бог спас мне жизнь, пусть Он о ней и позаботится!
Стр.39-43
Продолжение.
В апреле 2005г. мы получили печальное известие. Вайрагьи диагностировали рак. Её жизнь подходила к концу.
После того как ей был поставлен этот диагноз, она снова переехала в Ананда Виллэдж в Калифорнию. Боясь, что больше не увидимся с ней, мы с отцом решили навестить её там. Но она написала, что если мы хотим встретиться с ней, нам следует вместо Калифорнии ехать в Индию. Она собиралась туда, чтобы увидеться со Свами и в последний раз получить его благословения.
Когда я впервые встретилась со Свами в марте 2003г., он жил в Ассизи. Спустя несколько месяцев он почувствовал, что его гуру призывает его переехать в Индию. Поэтому с небольшой группой преданных из Ананды он отправился туда, чтобы начать там работу для Мастера.
Основная часть моего лечения закончилась, и я чувствовала себя окрепшей. И вот 14 мая мы отправились в Индию. Я была так взволнована! Это была моя первая поездка в эту страну, но у меня было странное чувство, будто всё мне здесь невероятно знакомо. Как только мои ноги коснулись земли, я ощутила, что на меня низошло благословение. Я была дома.
Это оказалось самым важным путешествием в моей жизни. Оно задало направление, которому я и следовала с тех пор.
Такси доставило нас из аэропорта в нашу гостиницу в Гургаоне. Вайрагьи уже ждала нас в вестибюле, чтобы поприветствовать, и я была очень рада увидеть её вновь! Вместе мы совершили пешую десятиминутную прогулку до ашрама, который Свами основал поблизости, в очень живописном месте.
Когда мы пришли туда, некоторые из обитателей ашрама начали водить нас по нему и всё показывать. Нам сказали, что Свамиджи хотел бы попозже в этот же день поприветствовать нас в своём доме, расположенном неподалёку. Я встречалась со Свами только в составе группы. Эта же встреча обещала быть более личной, нежели все предыдущие. У меня от волнения сильно заколотилось сердце!
В 4 часа пополудни наша маленькая группа подошла к дому Свами. Он был со вкусом оформлен в мягких, тёплых тонах; казалось, всё в нём светилось. Дом не был роскошным, но мне он показался дворцом.
Свамиджи, восседая в своём оранжевом одеянии на светло-золотистом кресле, ожидал нас в гостиной. Как только я его увидела, моё сердце прошептало: «Мой Король». Я знала, что это не имеет никакого отношения ни к одежде, которая была на нём, ни к дому, в котором он жил. С таким же успехом он мог бы сидеть на невзрачном деревянном стуле в маленьком грязном домишке, и всё равно показался бы мне по-королевски величественным. У меня промелькнула мысль: «Я нахожусь в присутствии царственной особы».
Свами поднялся с кресла и поприветствовал нас лучезарной улыбкой. Я улыбнулась в ответ, но всё же в его величественном присутствии чувствовала себя неловко. Однако, в роли хозяина дома Свами смог в считанные секунды создать такую непринуждённую атмосферу, что мы вскоре почувствовали себя легко и свободно.
В последующие годы, проведённые с ним, я видела, как это случалось вновь и вновь. Способность Свами заставлять даже незнакомых людей чувствовать, будто они всю жизнь были с ним друзьями, никогда не переставала меня удивлять. Но в тот день я испытала это впервые.
Он осведомился о моём здоровье, затем сказал: «Очень рад видеть, что вы так хорошо выглядите».
«Всё это благодаря вам, Свамиджи».
Он улыбнулся: «Только Милости Господа».
Мы провели вместе около часа. Беседа была медленной и простой, поскольку требовалось три разных языка, чтобы компенсировать наши языковые ограничения. Но это было не важно; дело было не в беседе как таковой. Я находилась там, где было моё истинное место: со Свами.
Он был моим домом.
Когда настало время прощаться, Свамиджи сказал: «Был бы рад пригласить вас завтра на ужин. Как вы на это смотрите?»
Как мы на это смотрим? Да мы просто в восторге! Это было гораздо больше того, что мы могли себе представить.
На следующий день, в 7 часов вечера, мы вновь отправились в дом Свами. Мы все были одеты в новые индийские наряды, купленные утром специально для этого случая. Увидев нас в наших сияющих новых одеждах, Свами сделал нам несколько любезных комплиментов. Когда же он посмотрел, как я одела свою
дупатту – индийский шарф, который я накинула на шею – он спросил, может ли он показать мне другой способ носить его.
Свамиджи осторожно расправил дупатту вокруг моих плеч. «Ну вот, - сказал он, - так она смотрится на вас лучше».
У одной из женщин в нашей группе дупатта была накинута так же, как и у меня прежде. Но когда она стала расправлять её, Свамиджи сказал: «Для вас подходит этот способ. Вам не нужно ничего менять».
Позже, когда я стала чаще носить индийскую одежду, я осознала, что эта маленькая внешняя корректировка имела также и внутренний эффект. Я заметила тонкое позитивное изменение своего самочувствия и своей энергетики, когда носила дупатту так, как предложил Свами, по сравнению с любым другим способом носить её. Оглядываясь назад на этот инцидент, я также думаю, что Свами таким образом хотел посмотреть, насколько я поддаюсь корректировке даже в присутствии других людей.
Подъехал автомобиль с водителем. Свами сел впереди, а мы все втиснулись на заднее сиденье. Прежде чем автомобиль выехал на шоссе, Свамиджи повернулся, посмотрел прямо на меня и спросил: «А вы не хотели бы жить в Индии и помогать нам здесь с нашей работой?»
Ошеломлённая этим вопросом я почувствовала, что моё лицо вспыхнуло. Не совсем понимая, что он имеет в виду, я пробормотала в ответ: «Ну-у-у-у, надо подумать, Свамиджи. По-по-по-почему бы и нет?»
Всю оставшуюся дорогу до ресторана я по большей части молчала, в то время как мой ум как белка в колесе без остановки прокручивал все возможные сценарии того, что произойдёт, если я приму приглашение Свами и перееду жить в Индию. Это путешествие, предпринятое как простой визит к другу, теперь вдруг неожиданно могло навсегда изменить мою судьбу.
Мы виделись со Свами ещё несколько раз, но всегда на публике. Он больше ни разу не говорил о моём возможном переезде в Индию вплоть до самого последнего дня. Мы пришли к нему в дом, чтобы попрощаться. Когда я преклонила перед ним колени, он благословил меня и с искоркой в глазах сказал: «До скорой встречи, не правда ли?»
Я почувствовала, что меня ожидает новая жизнь в стране моего Гуру. Я была так счастлива! Так благодарна! Так страстно жаждала этого!
Стр. 43-48

Бхагавад Гита
Я сделала всё, чтобы вернуться в Индию как можно скорее. Я уладила свои дела на работе и сообщила о своём решении остальным членам семьи.
Мой самолёт приземлился в Дели 15 октября 2005г. Когда я прибыла в Гургаонский ашрам, до меня дошла приятная весть, что Свамиджи хочет меня поприветствовать.
Мысленно я уже была с ним с той самой минуты, когда отправилась к его дому. Когда я шла знакомым маршрутом, я настраивала свои вибрации на его, чтобы, когда я приду, наши вибрации резонировали.
Повариха Свами из кухонного окна увидела, как я подхожу к дому. Она открыла переднюю дверь того, что было для меня и дворцом, и храмом. Свами ожидал меня в гостиной. Он взял обе мои руки в свои: «Я бы хотел, чтобы вы знали, как я счастлив, что вы с нами».
Его слова вызвали во мне трепет. И в то же время промелькнула мысль: «Ну, конечно же, он бы хотел, чтобы я была с ним». Как отец, приветствующий блудного сына. Я принадлежала ему.
Вслух же я сказала: «Я очень рада быть с вами».
Несколькими неделями ранее Свами начал работу над книгой «Сущность Бхагавад Гиты, как её объяснял Парамханса Йогананда».
«Пожалуйста, приходите сюда в любое время, когда захотите почитать рукопись», - сказал он. Получив на это его благословение и зная, что на протяжении следующего месяца буду видеться со Свами много, много раз, я через несколько минут покинула дом. О чём ещё я могла просить? Какое потрясающее начало моего пребывания в Индии!
Я никогда не сомневалась в правильности решения быть со Свами. И всё же, когда я находилась вдали от него, меня часто беспокоила неуверенность в себе. Я волновалась не о своих отношениях со Свами, а о том, как я впишусь в работу в Индии. Особенно это беспокоило меня, когда я сравнивала себя с другими членами ашрама, которые были с ним на протяжении долгих лет и выглядели такими компетентными.
К моменту моего прибытия в Индию там гостили многие лидеры общины со всего света, приехавшие повидаться со Свами. Они ели в столовой ашрама. Когда я видела, как они тепло общаются друг с другом, проработав со Свами так долго, меня охватывали сомнения в себе. Я брала тарелку, садилась в уголочек и старалась сделаться как можно менее заметной.
С этими сомнениями я боролась на протяжении многих лет.
Я спросила одну из сотрудниц Свами, в какое время мне лучше приходить для чтения рукописи. Мне не хотелось тревожить его или навязывать ему своё присутствие.
Даже после многих лет работы в качестве его личного помощника, я всегда очень заботилась о том, чтобы не вмешиваться в его дела, пока он сам того не захочет.
Она предложила мне приходить во время его дневного сна. Это звучало идеально.
На следующий день я сделала первую попытку прочитать его комментарии на манускрипт, о котором я раньше никогда не слышала, написанные на языке, которого я не знала! Когда я пришла, две женщины из ашрама уже сидели, молча читая страницы текста и передавая их друг другу.
У меня с собой был маленький англо-испанский словарик, чтобы я могла подглядывать в него во время чтения. Я уселась рядом с этими двумя женщинами, и одна из них передала мне первые страницы. Примерно через пятнадцать минут после этого мы услышали голос Свами, и его шаги, спускающиеся вниз по лестнице. Он радостно поприветствовал нас и затем присоединился к нам.
Когда он увидел мой маленький словарик, то, похоже, удивился. «Для чего он вам нужен?»
Мне удалось донести до него, что я бы хотела понимать то, о чём написано в его рукописи; мне бы не хотелось упустить ни одной детали. Я ожидала от него какого-нибудь весёлого замечания. Но он сказал очень серьёзно: «Не волнуйтесь, вы сможете это почувствовать».
Его слова были пророческими. Конечно же, даже с помощью словаря мне не удалось понять дословно то, что он написал. Но я обнаружила, что в состоянии угадывать суть каждого параграфа. Когда я держала страницу в своих руках, меня мощным потоком энергии переносило в более высокие области знания. Понимание проявлялось не в уме, оно приходило как некое ощущение в сердце.
Свами любил получать обратную связь от тех, кто читал его рукопись. Он глубокомысленно обдумывал каждое замечание, не важно, большое оно было или маленькое, и не важно, от кого оно исходило. Пусть даже и от неопытной испанской девушки, которой для понимания текста нужен был словарик! Мне казалось, что мои комментарии звучат как лепет двухгодовалого ребёнка, но Свами ни разу не отверг их как незначительные или неуместные. Мало того, на один сделанный мною комментарий он сказал: «Очень хорошая мысль. Я добавлю её в рукопись».
Он воспринимал каждого из нас в качестве потенциального канала Мастера. Он всегда был открыт любому сообщению, которое мог послать ему Мастер через любого человека.

Стр. 50-55
Продолжение
***
Как-то в полдень я сидела в доме Свами, читая страницы этого дня. Когда Свами поприветствовал меня с площадки второго этажа, я ощутила в его голосе какую-то особенную нежность. Когда же я увидела его, мне показалось, что он несёт в себе тонкую женственную энергию, отличную от всего того, что я видела в нём раньше.
Он радостно спросил, как всегда: «Ну, как у вас сегодня дела?»
«Очень хорошо. А у вас, Свамиджи?»
Он широко развёл руки, посмотрел вверх и с детским ликованием сказал: «Через меня изливается Божественная Мать».
В другой раз, когда я была погружена в чтение, я вдруг почувствовала рядом с собой чьё-то присутствие. Я подняла голову и, к своему удивлению, увидела, что рядом молчаливо сидит Свами. Когда он вошёл? Как долго он здесь находился? Я не могла этого сказать.
Его окружал ореол тишины. Я сидела неподвижно, опасаясь, что даже малейшее движение с моей стороны может потревожить это состояние.
Затем он спросил меня: «Тебе это нравится?», имея в виду страницу, которую я читала.
Вопрос, хотя и заданный вслух, не вызвал ряби в океане тишины, окружавшей нас. «Мне это очень нравится». Теперь, когда молчание было нарушено, я добавила: «Свамиджи, я ощущаю в вас какое-то изменение по сравнению с тем, когда видела вас в последний раз».
«Я изменился, - сказал он. - Я только что закончил писать одну из наиболее глубоких глав в комментариях к Гите».
Всё то время, что Свами работал над Гитой, я с восторгом наблюдала, как изо дня в день он проявлял различные аспекты Божественного. Иногда он был самой Тишиной. В другое время – безусловной любовью Божественной Матери. А временами это было вечно новое блаженство Бога.
Мало-помалу цель моего посещения его дома изменилась с изучения Гиты на изучение самого Свами. Моей духовной практикой стало внимательно наблюдать за каждой мелочью, которую он делал. Его жесты, выражение лица, взаимодействия с другими, то, как он двигался, тон его голоса – всё это стало объектом моего изучения. Со временем я научилась распознавать даже малейшие сдвиги в его энергетике, и понимать, что каждый из них означал с точки зрения его сознания.
Стр. 57-59
***
В ашраме у меня не было никакой определённой работы, но я помогала везде, где только требовалась моя помощь. Примерно через три недели после моего прибытия меня попросили сделать уборку в спальне Свами. Для меня весь его дом был храмом, а его спальня, которую я никогда не видела, была святая святых этого храма. Когда я впервые вошла в неё, я почувствовала такое благоговение, что упала на колени и в
пранаме прикоснулась лбом к ковру.
Пылесося, вытирая пыль и меняя простыни, я внимательно следила за своими мыслями. Я знала, что Свами почувствует качество энергии, которую я вложила в уборку его комнаты. Я хотела, чтобы он ощущал мою радость и благодарность за всё, что он для меня делал. Поэтому я взяла за правило во время уборки постоянно петь чанты или делать
джапу.
С этого момента я еженедельно ходила в дом Свами делать уборку в его комнате. Перед началом я молилась Богу и Гуру, чтобы они проявлялись через меня и наполняли его комнату Своими вибрациями. Я помогала Свами, но вся прелесть заключалась в том, что, стараясь изо всех сил для него, я больше всего помогала себе и трансформировала себя.
***
За те месяцы, что я жила в ашраме, Свамиджи дал там множество сатсангов.. Большей частью это были сатсанги, посвящённые комментариям к Гите, которые он писал. После одного из них какой-то человек подошёл к нему и сказал: «Я вырос, читая Бхагавад Гиту каждый вечер перед сном. Но только сейчас, услышав, как вы её разъясняете, я понял её истинный смысл. Каждый индиец должен иметь у себя в доме вашу книгу!»
«Это не моя книга, - сказал Свами. - Это книга моего Гуру. Это его комментарии, а не мои. Учитель так говорил о своей интерпретации Гиты: ‘Миллионы найдут Бога через эту книгу. Я знаю. Я видел это ’».
Свамиджи завершил все 600 страниц своих комментариев к Гите менее чем за три месяца. Окончание его работы над Гитой совпало с окончанием моего пребывания в Индии.
Стp.59-60

Аум Намо Нараяна
В середине декабря я вернулась в Испанию, чтобы провести Рождественские праздники со своей семьёй. Я наслаждалась своим пребыванием в кругу семьи, но всё же скучала по ежедневным чтениям Гиты в доме Свами, долгим медитациям, периодам безмолвия и одиночества и растущей дружбой с людьми в ашраме. Моё пребывание рядом со Свамиджи изменило меня. Пожив в непосредственной близости с человеком, обладающим таким высоким сознанием, я не могла снова вернуться к тому образу жизни, которым жила раньше.
Я также приехала в Испанию, чтобы показаться своему лечащему врачу, наблюдающему за ходом моего выздоровления. Я планировала сразу же после этого вернуться в Индию, но доктор обнаружил рост новых клеток. Необходимо было пройти ещё один курс лечения.
В это же время я начала читать книгу Сестры Гьянаматы, самой выдающейся из учениц Йогананды, «Один Лишь Бог». В ней она писала о своих внутренних взаимоотношениях с гуру. Я чувствовала, что её отношения с Мастером были в точности такими же, как и мои со Свамиджи.
Я написала Свами о том, что обнаружил доктор, а также поделилась с ним тем глубоким впечатлением, которое произвела на меня книга Сестры Гьянаматы. Сразу же после отправки этого имейла я села помедитировать. Неожиданно я почувствовала присутствие Свамиджи, благословляющего меня. «Он прямо сейчас читает мой имейл и пишет мне ответ», подумала я. Я посмотрела на свои часы. Было 9.30 утра.
После медитации мне нужно было сразу же поехать в больницу, поэтому я смогла проверить свою электронную почту только поздно вечером. Там было письмо от Свамиджи, отправленное им в 9.30 утра. Внутренняя связь, установившаяся во время моего пребывания в Индии, по-прежнему оставалась крепкой. Не имело значения, где я была или насколько далеко, благословения Свами всё равно доходили до меня.
Я слышала, как он однажды сказал: «Если вы настроитесь на моё сознание, вы сможете получать мои мысли». Теперь я знала, что так оно и было на самом деле.
Я часто писала Свами, информируя его о том, как у меня идут дела. Мне понадобился целый месяц, чтобы оправиться после последнего курса лечения. К тому времени было уже поздно ехать в Индию, чтобы застать там Свами. Я очень обрадовалась, когда он написал мне: «Надеюсь, что мы увидимся в Ассизи, когда я приеду туда весной». Как только я получила от своего доктора зелёный свет на путешествие, я отправилась в Италию и прибыла туда несколькими днями ранее Свамиджи.

****
Вся община гудела от волнения. С последнего приезда Свамиджи прошёл год. Отдохнув несколько дней, Свами решил пообедать вместе с членами общины.
Все столпились у входа в столовую, чтобы поприветствовать его. Когда Киртани увидела меня, она подошла ко мне и тихо сказала: «Свамиджи хочет, чтобы ты сидела за его столом».
«Что?! Я за его столом? - дважды переспросила я. - Ты уверена?»
По пути в столовую Свамиджи со всеми радушно здоровался. Когда он увидел меня, он озорно улыбнулся: «Я рад, что ты будешь сидеть за моим столом. Надеюсь, ты не против».
За столом мне отвели место прямо напротив него. Я подумала: «Лучше бы я сидела в самом конце стола. Тогда бы я смогла хоть немного расслабиться».
Как бы мне ни нравилось находиться в присутствии Свами, мне всегда было нечего сказать, а то, что я говорила, казалось неуместным и несущественным. Я стеснялась находиться рядом с ним, особенно если вокруг были другие люди. Мне легче было общаться с ним внутренне и на расстоянии. И теперь, сидя за его столом с ещё девятью членами общины, я боялась, что от меня будут ждать умной беседы. Господи, пожалуйста, забери меня прямо сейчас!
С самого начала обеда люди подходили к столу, чтобы поприветствовать Свамиджи. В то время как другие за нашим столом тихо переговаривались между собой, я сидела молча, надеясь остаться незамеченной. Но Свами, словно уловив мои мысли, посмотрел на меня и сказал: «Я так рад, что ты здесь. Когда ты возвращаешься в Индию?»
Как только он заговорил со мной, все мои страхи улетучились, и я спокойно ответила: «Я ещё не знаю, Свамиджи, но надеюсь быть там тогда же, когда и вы».
«
Очень хорошо! - ответил он, - Это как раз то, что нужно».
Свамиджи начал рассказывать сидящим за столом о своей жизни в Индии и о том, что чувствует себя там как дома. Затем он с улыбкой добавил: «Но больше всего я чувствую себя как дома внутри себя. Центр - везде, окружность - нигде».
Всё оставшееся время он делился с нами историями о своей жизни с гуру. В каждой истории наравне с духовной глубиной было также и много юмора. Мы все заворожённо слушали его. Я совершенно по-новому увидела, как Свами взаимодействует с людьми. Всякий раз, когда он с кем-то разговаривал, он смотрел собеседнику прямо в глаза, передавая тот опыт, который описывал. Все получали одинаковое внимание. Мы все проживали эти воспоминания вместе с ним.
Он был таким замечательным хозяином нашего застолья!
Даже манеры Свамиджи и его поведение за столом заслуживают упоминания. Каждое движение – вплоть до процесса приёма пищи – было взвешенным и осознанным. Не было ничего механического или сделанного по привычке. Движения его пальцев, манера сидеть, поза – всё было точно выверено, но не напряжённо. Общаясь со всеми, он был расслаблен и непринуждён.
Если кто-нибудь подходил к столу, чтобы поприветствовать его, Свамиджи прекращал есть, откладывал приборы и сосредотачивал всё своё внимание на этом человеке. Он полностью отдавался любой ситуации, будь то намазывание маслом куска хлеба или же приветствие друга.
Наблюдать за ним во время обеда было так же чудесно и вдохновляюще, как следить за дирижёром, руководящим оркестром.
Если вам это кажется преувеличением, то это лишь потому, что я не в состоянии передать всю грандиозность того, что я в тот день наблюдала. На мгновенье приподнялся занавес. Я видела, как святой относится к окружающему его миру и как он одухотворяет всё, что делает.
Мой первый обед со Свами был поистине очень насыщенным.
Я ощущала эффект от этого времени, проведённого со Свами, до самого конца своего пребывания в Ассизи. Всё, что я делала, было наполнено его энергией. Несмотря на ослабленность моего тела после недавней лучевой терапии, я чувствовала себя сильной и энергичной. А мои медитации были глубже, чем когда бы то ни было.
Стр.65-68

Продолжение следует